Любой человек, хоть изредка пользующийся услугами сети Internet, сталкивается с электронной коммерцией. На бытовом уровне это выглядит как активация очередной карты оплаты или отчет перед шефом за вновь превышенный лимит интернет-трафика. Все чаще потребители прибегают к услугам интернет-магазинов, или заказывают по сети авиабилеты. Но это все пока что так… Мелочи. Не из этих небольших событий складываются ТАКИЕ цифры. По данным Национальной ассоциации участников электронной торговли (НАУЭТ), объем рынка в 2005 году составлял $ 4,47 млрд., а в 2006 году – уже 10,1 млрд. До уровня европейских стран и США нам пока далеко, но, если верить прогнозам аналитиков, рост рынка продолжится, и в 2007 году его объем вполне может составить 16 – 17 млрд. долл. Иными словами, в Интернете  торгуют по-крупному. Одним кликом мышки совершают сделки на миллионы рублей.  

В июне прошлого года мэр Москвы Юрий Лужков восторженно прокомментировал практику введения электронной формы муниципального заказа. Результаты он назвал уникальными и ошеломляющими: с начала года прибыль в этой сфере уже составила миллиарды рублей.
Областной, муниципальный, федеральный госзаказы стали настоящим «золотым дном» для бизнеса. Особенно после того, как были перенесены в Интернет-пространство. Важно, что установлен конкретный перечень товарных позиций, которые подлежат закупке исключительно на аукционе, а это - 30 процентов всего объема государственного заказа. В прошлом году была внесена еще одна поправка, расширившая область применения электронных торгов: государственные заказчики теперь могут размещать на электронном аукционе заявки на сумму до одного миллиона рублей, в то время как раньше предельная величина заказа составляла 500 тысяч рублей.

Но особенно важно то, что интернет-аукционы достаточно прозрачны в финансовом плане. Как правило, всегда можно посмотреть начальную цену лота и итоговую сумму сделки. Зачастую для этого даже не требуется регистрация, особенно если речь идет об уже состоявшихся торгах. Электронная торговая площадка гораздо «шире» приемной какого-нибудь заместителя начальника по снабжению и, значит, резко увеличивается число потенциальных участников. Наиболее привлекательные сектора государственных и корпоративных закупок до недавнего времени были практически недоступны для многих предприятий из-за действовавших в этом сегменте «серых» схем, в результате которых заказы распределялись в основном только среди своих.

То же самое касается и крупных корпораций. Не секрет, что, для того чтобы поставить такому гиганту какой-то товар, зачастую приходится платить немалые откаты. Что, в конечном итоге, приводит к тому, что закупается товар не самый дешевый и качественный, а «выгодный» конкретному служащему. Руководители компаний и госучреждений, которые понимают всю невыгодность такой ситуации для дела, охотнее обращаются к практике электронных аукционов.

Например, «Газпром» проводит тендеры уже несколько лет. По новым стандартам работы «Газпрома» с помощью тендеров и конкурсов должно приобретаться не менее 80 процентов всех товаров и услуг. В этом году компания намерена начать проводить тендеры в электронном виде. Без обязательного присутствия участников конкурса в месте его проведения. Сегодня на сайте компании размещается лишь предварительная информация. Правда, по словам начальника аналитического отдела тендерного управления ООО «Газкомплектимпэкс» Дмитрия Русакова, сдерживающим фактором является необходимость использования электронно-цифровой подписи (ЭЦП) во время торгов. «В России слишком много разных удостоверяющих центров ЭЦП и нет единого стандарта подписи», – говорит он.
Похоже, газовый монополист еще не определился, как ему поступить, но, зная привычку газовиков «иметь все свое», можно предположить, что компания создаст свой собственный удостоверяющий центр.

Конечно, привлекательны электронные торги не только своей прозрачностью. Как и на обычном аукционе, здесь можно продать подороже, а купить подешевле. Простой пример. РАО «ЕЭС» несколько лет подряд закупало камеры рабочего колеса для одной из своих электростанций на Ленинградском электрозаводе, в год они им обходились в 27 миллионов рублей. Когда они ввели систему электронной торговли и провели первые торги, то закупили точно такую же партию на 9 миллионов дешевле. За один год работы электронных торгов РАО «ЕЭС России» сэкономило 1,1 миллиарда рублей.

Потребители РАО «ЕЭС» тоже не дремлют. Крупные промышленные компании давно уже освоили оптовый рынок электроэнергии (ОРЭ). В первую очередь, это интересно металлургам, в частности, медникам.

Любовь КУГАЕВСКАЯ, генеральный директор ЗАО «Энергопромышленная компания», представляющей интересы предприятий Уральской горно-металлургической компании (УГМК) при работе на оптовом рынке электроэнергии:
– Объем сделок, заключаемых предприятиями УГМК в электронном виде на оптовом рынке электроэнергии, составляет сотни миллионов рублей в год. Работа через независимую сбытовую компанию имеет ряд преимуществ. Это, прежде всего, существенная экономия денежных средств на покупку электроэнергии, по сравнению с затратами на розничном рынке у гарантирующего поставщика, в связи с более низкими надбавками независимых сбытовых компаний. Другим важным преимуществам является возможность хеджирования колебаний цены на электроэнергию путем заключения свободных двусторонних договоров. Цены на электроэнергию с использованием всех механизмов ОРЭ определяются для каждого часа, для каждого узла расчетной модели ОРЭ, и именно данные цены являются исходными для определения стоимости электроэнергии на розничных рынках электроэнергии для конечных потребителей электрической энергии…

Металлурги в итоге покупают энергию на двух рынках. Часть берут у местного поставщика (подороже), а часть покупают на оптовом рынке (подешевле). Выйти на ОРЭ непросто: надо, в частности, поставить дорогостоящее оборудование учета электроэнергии. Впрочем, бывают и обратные примеры, когда часть товара реализуется по фиксированным ценам, а остальное отправляется на аукцион с изрядной выгодой для продавца. Это, в первую очередь, касается товаров крайне востребованных. Таких, например, как природный газ. Так в декабре прошлого года на электронной торговой площадке ООО «Межрегионгаз» была впервые замечена Свердловская область. Средневзвешенная цена на ГРС покупателей составила 1838,33 рублей за 1 тыс. кубометров, превысив на 43,3 процента средневзвешенную цену ФСТ России.
Безусловно, электронные торги являются прогрессивной методикой ведения дел, будь то фондовый рынок или продажа товаров и услуг. Их внедрение может заметно оживить экономику государства. Более того, проведение электронных торгов, где все правильно регистрируется и все данные сохраняются, повышает прозрачность бизнеса. В чем государство также заинтересовано. Так нужны ли какие-то шаги со стороны самого государства для стимулирования электронной торговли, внедрения новых технологий?


Дмитрий МУРАВЬЕВ, директор ООО «Электротрейд» (Екатеринбург):
–Огромным плюсом для развития электронной торговли, и даже просто торговли вообще, стало то, что государственные учреждения обязали размещать информацию о проводимых тендерах на сайтах госзаказа. Например, на http://www.zakupki.gov.ru или на В2G. Пусть сами торги проводятся, зачастую, по старинке, но теперь мы о них хотя бы знаем.


В России можно выделить несколько площадок, которые занимаются электронными торгами. Например, SETonline, Tender.Pro, TZS-elektra, Амбит-Сервис. Есть площадки регионального уровня, такие как  ИнвестЭнергоСервис, созданная в Татарстане, или ГУП Экономика (г. Москва). Действуют они по-разному. Где-то проводятся реальные торги, а где-то (Tender.Pro) клиент приобретает специальную программу или просто включается в рассылку и получает, с помощью этих инструментов, информацию о торгах. А потом уже самостоятельно налаживает контакт с потенциальным клиентом. Например, самым «раскрученным» в сфере энергетики является проект ОАО «Центр развития экономики» (ЦРЭ) В2В-энерго.
Ресурс охватывает 15 тысяч участников. Еще полтора года назад их было порядка 5000. Для создания конкурентных условий – более чем достаточно. Изначально создаваемая для удовлетворения потребностей энергетиков, в 2005 году Система В2В-Энерго стала официальным единым интернет-ресурсом РАО «ЕЭС России», предназначенным для публикации информации о закупках холдинга и проведения торгов в электронной форме. На данный момент сумма сделок, совершенных с помощью ресурса, составляет порядка 300 миллиардов рублей. Кроме энергетического направления, система обзавелась еще рядом площадок: b2b-авиа, b2b-нефть и нефтепродукты (НПК), b2b-СНГ. Помимо традиционного направления business-to-business, электронная площадка приросла еще и сервисом для обслуживания государственных тендеров и заказов – business-to-government.
На Урале, в частности в Свердловской области, биржевые торги «реальным товаром» проводились на площадке Уральской региональной валютной биржи (региональное представительство ММВБ). Здесь сельхозпроизводители «встречались» с зернотрейдерами. Правда, никаких изысков типа электронной подписи на этих торгах не применялось. Фермеры и трейдеры просто искали на электронной площадке интересные предложения, а потом «били по рукам» уже при личном общении.

«По сути, такой вид торгов – это скорее электронная газета объявлений, а не биржевые операции. Просто вместо газеты есть другой посредник – владелец электронной площадки, получающий свой процент от участия», – комментирует ситуацию первый вице-президент УРВБ Сергей СМИРНОВ. – К сожалению, большинство операций в нашей стране, позиционируемых как «электронные торги», представляют собой именно такую модель отношений между продавцом и покупателем…

Дмитрий МУРАВЬЕВ: – Я согласен, что большинство российских торговый площадок больше похожи на пресловутую Доску объявлений. Мы работаем на В2В-энерго как раз потому, что она предоставляет возможность не просто находить потребителя, но и проводить реальные электронные торги. Объявляется конкурс, указывается начальная цена, ведется учет поступивших предложений. Причем все это в открытом доступе. То есть участники видят предложение своих конкурентов и соответственно корректируют свои. Появляется момент соревнования, что нам, как заказчикам, только на руку. Например, недавно мы как заказчики начинали торги с суммы 1900 тысяч рублей, и постепенно цена упала до значения миллион без НДС и 1170 тысяч с НДС. Это очень хороший результат. Торги шли больше суток, не прекращаясь и ночью. На сайте действует правило:  после указания последней цены можно еще в течение часа подать корректирующую заявку. Причем участники самые разные: от Урала и Москвы до Краснодарского края – всего восемь. Если б мы проводили конкурс с обычными средствами оповещения, или, используя только интернет-оповещение о торгах, результативность была бы значительно ниже…
Правда, сам факт организации электронного тендера накладывает на устроителей некоторые ограничения, отрицательное влияние которых, впрочем, весьма сомнительно:

Дмитрий МУРАВЬЕВ: – Мы не можем одновременно проводить одни и те же конкурсы в обычном и электронном виде. Публикация о конкурсе на В2В считается официальной публикацией. Информация об обычном бумажном конкурсе, размещенная в газете, тоже считается официальной. Нам пришлось бы в этом случае проводить не один, а два тендера в разной форме и выбирать двух победителей…
Принцип роста популярности на площадке электронных торгов прост: либо ты предлагаешь купить/продать популярный товар/услугу, либо в названии твоей фирмы четко просматриваются такие слова как газ, нефть или электроэнергия, либо ты просто много и успешно участвуешь. Электронные торги стали просто находкой для производителей из отдаленных районов. В обычной жизни про них никто не знал, а проведение рекламной компании было либо слишком дорого, либо малоэффективно. Теперь они могут просто зарегистрироваться на сайте и выступать со своими предложениями. Одна-две удачных сделки, и тебя начинают узнавать, тебе доверяют.

Впрочем, известность может быть разной. На популярных интернет-аукционах, типа e-bay.ru, для того чтобы пометить недобросовестного участника, существует система отзывов и оценок. Положительных и отрицательных. Подобная система есть и на крупных площадках.
Растущая популярность электронных торгов приводит к ажиотажу вокруг темы, стимулирует творческую мысль. В интернете можно найти предложения по разработке и поставке программного продукта для проведения электронных торгов. Появляются новые площадки. Но есть и ресурсы другого рода. Например, создаются сайты с информацией о тендерах, заказах и торгах. Зачастую она просто скачивается с сайтов, находящихся в открытом доступе, как-то сортируется и предлагается как некий эксклюзивный продукт. За деньги, разумеется.
Для формирования единого технического регламента и общего информационного пространства четыре электронных аукционных площадки (Группа компаний «ЦРЭ», ООО «ИнвестЭнергоСервис», ЗАО «Амбит-Сервис», ГУП Экономика) в 2007 году объединились в Ассоциацию Электронных Торговых Площадок (АЭТП). Председателем правления АЭТП является Яков Геллер (генеральный директор Государственного унитарного предприятия «Агентство по государственному заказу, инвестиционной деятельности и межрегиональным связям» Республики Татарстан). Участники ассоциации обещают даже осуществить возможность использования единой электронно-цифровой подписи. Думается, что это не последняя попытка выступить «одним фронтом». Интернет-торговля набирает обороты во всех своих видах, и новые площадки, скорее всего, еще какое-то время будут расти, как грибы после дождя. По мнению экспертов, в скором времени основной объем рынка электронных торгов будет разделен между 3–5 крупными компаниями, способными успешно конкурировать, отстаивая завоеванные позиции».


Как уже неоднократно было замечено, число электронных площадок, где проводятся торги или хотя бы предоставляется информация о таковых, растет не по дням, а по часам. Видимо, дело тут не только в растущей популярности электронной торговли, но и в выгодности самого предприятия.
Практически все подобные сайты предоставляют информацию или позволяют участвовать в торгах за деньги. Взимается плата по-разному.
Большинство, по примеру бирж, берет свой процент от сделок. Как правило, с заказчика. К примеру, Амбит-Сервис и ГУП Экономика берут по 0,015 процентов от сделки. Зато у них нет абонентской платы.
ИнвестЭнергоСервис тоже абонентской платы не берет. А с каждого лота, выставляемого заказчиком, берет твердую таксу – 650 рублей. Хочешь сэкономить – выставляй все свои предложения одним лотом, если, конечно, найдется хоть один партнер, способный «объять необъятное».
Система В2В процент со сделок не берет. Зато регистрация на ресурсе стоит 45 тысяч рублей, плюс ежеквартальные отчисления в размере 27 тысяч как абонентская плата. Это, кстати, оказывается минусом для малого бизнеса. За «малыми контрактами» на В2В не ходят.
У конкурента В2В, сайта TZS-elektra, регистрационный сбор тоже существует, но составляет всего тысячу рублей. Однако пользователь ресурса, пожелавший принять участие в конкурсе, независимо от результата, должен заплатить сайту 5000 рублей.
Так или иначе, платить приходится все равно. Однако за эти деньги участник проекта получает главное в бизнесе – информацию. Чтобы собрать в бездне Интернета такой же объем информации по различным торгам самостоятельно, компании, желающей расширить зону своего присутствия, потребовалось бы держать целый отдел. Это уже не говоря о том, что, не будь таких площадок, большую часть информации пришлось бы искать в газетных объявлениях.
Между тем, не стоит ожидать, что завтра весь бизнес переместится на электронные площадки. Во-первых, увеличение числа потребителей серьезно влияет на скорость работы сайта. Во-вторых, для обработки всех данных, открытия новых площадок администрации придется увеличивать штат работников. В-третьих, это далеко не всем нужно. В первую очередь электронная торговля интересна в том случае, когда в знакомом окружении не удается найти подходящую цену. Благодаря виртуальным каналам информации, можно найти партнера хоть на краю света. Также интересен тендер, когда речь идет о крупной партии товара. Можно подумать, сравнить. Примерно так же, как сбор заявок в обычном виде, только через Интернет все же удобнее. Ну и, наконец, электронные торговые площадки – настоящая палочка-выручалочка для тех, кому волей-неволей предписано приобретать оборудование и услуги на конкурсной основе.


Идея электронно-цифровой подписи, как уникального защищенного личного кода была впервые высказана один из основоположников криптографии с открытым ключом Уитфридом Диффи в 1976 году. Российский бизнес использует ЭЦП в том или ином виде с начала 90-х. На законодательном уровне ЭЦП была введена в 1995 году в первой главе Гражданского кодекса РФ, где рассматривалась в качестве одного из аналогов собственноручной подписи (АСП). Первыми ЭЦП взяли на вооружение отечественные банки, в том числе Банк России, и кредитные организации, которые использовали ее, в первую очередь, как инструмент информационной безопасности в своих корпоративных информационных системах (ИС), а чуть позже и для безопасной работы в системах «банк-клиент».
Нынешний российский стандарт электронно-цифровой подписи был заново разработан Федеральным агентством правительственной связи и информации (ФАПСИ). Базовым документом разработчиков является утвержденная в 2001 году «Инструкция по организации и обеспечению безопасности хранения, обработки и передачи по каналам связи с использованием средств криптографической защиты информации с ограниченным доступом, не содержащей сведений, составляющих государственную тайну». Правовой основой для создания систем полномасштабного электронного документооборота явилась разработка и принятие в январе 2002 года Федерального закона «Об электронной цифровой подписи». Принципиальным нововведением закона стало появление понятия удостоверяющего центра (УЦ) – юридического лица, оказывающего услуги по выдаче сертификатов ЭЦП, ведению реестров выданных сертификатов, их аннулированию и т.д. До этого организации сами разрабатывали свои ЭЦП, сами выбирали оборудование и программное обеспечение, сами удостоверяли подлинность ключей. Удостоверяющие центры должны были внести некое единство в эту многовариантную структуру.

В России на момент принятия закона была парадоксальная ситуация. Практически все сертифицированные средства криптографической защиты информации, реализующие одни и те же криптографические стандарты, были несовместимы между собой. Если до появления УЦ проблема совместимости стояла не так остро, то теперь сертификат, выданный одним УЦ, не принимался другим УЦ, если они использовали средства автоматизации от различных производителей. Некий выход из положения был найден в 2004 году, когда ведущие производители средств ЭЦП, такие как ФГУП НТЦ «Атлас», ООО «Крипто-Про», ООО «Фактор-ТС», ЗАО «МО ПНИЭИ» и ОАО «Инфотекс», заключили между собой соглашение, согласно которому договорились использовать форматы сертификатов открытых ключей и криптографических сообщений, разработанных фирмой «Крипто-Про». Сегодня практически все отечественные разработчики средств ЭЦП официально или неофициально присоединились к данному соглашению.

Однако единого информационного пространства все же не получилось. Например, такой известный в электронной торговле ресурс, как B2B-Energo, пользуется услугами семи удостоверяющих центров, имеющих свои филиалы по России. Получение электронной подписи в любом из этих центров дает клиенту право быть признанным в системе B2B. А компания «Атон» создала собственный удостоверяющий центр, находящийся в Москве. Вообще, с учетом различных корпоративных и узконаправленных УЦ, в России насчитывается несколько сотен таких организаций. В Екатеринбурге, например, работает УЦ «СКБ-Контур», занимающийся удостоверением налоговой отчетности и отчетности для Пенсионного фонда в электронном виде, и интернет-банкинг банка «Северная казна». Часть компаний вообще имеет свои системы шифрования данных и идентификации пользователей «для внутреннего употребления», без регистрации в ФАПСИ или удостоверяющем центре.

Ольга СЕМЕНОВА, директор Екатеринбургского филиала инвестиционной компании «АТОН»:

– Мы используем электронно-цифровую подпись с 2006 года. Внедрение ЭЦП являлось для компании приоритетным проектом, и сегодня мы имеем полноценный рабочий инструмент. Наша ЭЦП сертифицирована ФАПСИ. Эта же организация предоставляет нам, как и многим другим, программную основу для генерации ключей и шифрования данных. Наш удостоверяющий центр прошел сертификацию. Свои ключи для клиентов мы генерируем с помощью своего оборудования и сами проводим удостоверение подлинности.
Используя ЭЦП, наши клиенты могут подписывать договор и отчеты, подписывать поручения на ввод-вывод денежных средств, узнать статистику своей работы. И это удобно и им, и нам. Использование ЭЦП позволяет нам работать в более спокойном режиме. По сути, благодаря использованию ЭЦП, у клиента нет необходимости часто посещать наш офис – это обязательно только при заключении договора, и один раз в год, когда осуществляется плановая замена ключей. Они не пересылаются по сети, а передаются лично в руки клиента на электронном носителе…
Отдельного внимания заслуживает защищенность электронно-цифровой подписи. Критики закона «Об электронной цифровой подписи» часто указывают на тот факт, что в нем недостаточно прописана ответственность удостоверяющих центров. Сохранность подписи – это в первую очередь, забота ее владельца, организации, использующей ЭЦП и… технологии.

Анатолий ЗАСЫПКИН, специалист по вопросам ЭЦП и защиты данных Екатеринбургского филиала компании «АТОН»:
– Передача данных в потоковом режиме между клиентом и брокером и брокером и биржей осуществляется в шифрованном виде, и даже если кто-то сумеет эти данные на каком-то сервере перехватить, то расшифровать их без специального ключа ему не удастся. Для дополнительной защиты используется не прямой выход на сайт или почтовая программа, специальная программа Интернет-трейдинга (у нас это система «Атон-Лайн»), которую клиент устанавливает на свой компьютер. Есть версия и для КПК, но ключи для неё можно установить только со своего компьютера. Прийти к кому-нибудь и «слить» программу с чужим ключом на свой КПК не получится. Программа работать не будет.
Что касается выставления заявок и подтверждения сделок, совершаемых клиентом, то каждая такая операция в нашей системе проходит с использованием ЭЦП, подлинность которой каждый раз проверяется удостоверяющим центром. Если ключ не соответствует тому, что прописано в системе, – сделка блокируется.
В итоге, более вероятен тот факт, что электронную подпись не украдут или взломают, а ее владелец сам даст кому-то попользоваться своим компьютером. Правда, даже в том случае, если чья-то ЭЦП попала в недобросовестные руки, то максимум, что сможет сделать «левый» пользователь – это заключить какие-то сделки от лица официального владельца. Вывести средства на свой счет ему не удастся, так как вывод средств может осуществляться только на персональный счет клиента, и попытка ввести другой номер счета тут же блокируется.
Идеология ЭЦП, разработанная ФАПСИ, предусматривает использование двух ключей: открытого и закрытого. Причем, использование одного невозможно, без другого. В случае если ключ утерян или оказался в руках других лиц, генерируется новая пара ключей. Такая связка является гарантом безопасности пользователя, даже если по какой-то причине кому-то удалось, скажем, взломать или выкрасть нашу базу данных. Дело в том, что, когда клиент делает запрос на получение ключа, «закрытую» часть генерирует он сам. Эта часть остается только у клиента и в нашей базе нигде не прописана. Для системы опознавания «свой-чужой» в нашей базе существует только ссылка с элементами закрытого ключа, но не сам файл, который хранится у клиента и проверяется при каждой сделке…

Так или иначе, но практика применения ЭЦП живет и расширяется. К примеру, торговая площадка B2B-Energo объявила об обязательном использовании электронной подписи для всех участников с 3 марта этого года. Хотели сперва ввести этот инструмент с 1 января, но оказалось, что обеспечить подписью 15 тысяч участников за короткий срок нереально. Популяризацией электронной подписи занимаются и в правительстве. К примеру, ЭЦП с 2003 года используется в органах государственной власти, таких как Администрация Президента, Государственная Дума ФС РФ, Министерство финансов, Федеральная таможенная служба (ФТС России). Думается, что в скором времени обладание каждого человека своей электронной подписью будет таким же естественным, как личный ИНН. В первую очередь, конечно, благодаря все большему внедрению в повседневную жизнь мобильных технологий: Internet дома и на работе, расширяющийся спектр услуг банкоматов и платежных терминалов, расширение спектра документов, которые могут быть оформлены в электронном виде (начиная от сдачи налоговой отчетности, подачи заявления на выдачу загранпаспорта и заканчивая оплатой счетов за коммунальные услуги или смене тарифа мобильной связи).

Правда, чтобы сделать этот современный инструмент по-настоящему удобным и широко распространенным, придется создать некий единый стандарт ЭЦП, который будет выдаваться каждому гражданину. Тот, в свою очередь, будет просто регистрировать личную ЭЦП в тех системах, которые ему нужны. Либо электронная подпись останется уделом «избранных», что отнюдь не помешает развитию электронной торговли и документооборота. Действуют же без всякой ЭЦП многочисленные интернет-магазины. Уже сегодня у особо продвинутых россиян может иметься несколько электронных подписей. Каждая для своей системы. Что же будет завтра?
Ольга СЕМЕНОВА: – Пока, думаю, это особо не нужно для массового потребителя. ЭЦП, в первую очередь, востребована в секторе операций с финансами. Для нашей компании введение ЭЦП стало жизненной необходимостью, как и для банковской сферы в операциях «банк-клиент». Те граждане, что активно пользуются нашими продуктами или банковскими продуктами уже имеют свои ключи, для связи с этими организациями. Правда, на самом деле это бывает неудобно. Допустим, у меня есть три дискеты с ключами от двух банков и нашей системы. И я должна их где-то хранить, помнить коды-пароли. Однако я считаю, что некий унифицированный стандарт может возникнуть, только если мы перейдем на какой-то более простой способ идентификации, чем дискеты, ключи и пароли. Например, на базе индивидуальных биофизических параметров. Скажем, те же отпечатки пальцев. Кроме того, сейчас у людей есть определенное недоверие к надежности электронных баз, учитывая, с какой регулярностью в подпольной продаже появляются личные данные граждан, начиная от адреса и телефона, заканчивая ИНН, судимостями и кредитной историей…


Может быть, до повсеместного введения электронно-цифровой подписи нам еще далеко, но отказаться от некоторых бумаг, заменив их электронными версиями, технически кажется совсем не трудным.
Ольга СЕМЕНОВА: – Мы уже лет пять-шесть назад отказались от бумажного документооборота. В первую очередь это касается ежедневных сделок. Представьте себе, какую кучу бумаги, нам пришлось бы ежедневно обрабатывать, отправлять и регистрировать, если учесть, что у нашей компании 20 тысяч клиентов и многие совершают сделки каждый день, да еще и не по разу. При этом на волне роста фондового рынка, клиентская база каждый год удваивается. Обслужить все сделки, заявки и поручения клиентов, используя бумажную документацию, было бы просто нереально. Надо еще учитывать тот факт, что многие наши клиенты достаточно отдалены территориально. Например, в клиентской базе нашего филиала порядка тысячи человек: представлен как север Свердловской области, так и юг Челябинской области. Даже рассылка ежемесячных бумажных отчетов в такой ситуации была бы затруднительна и неудобна. Ведь фондовый рынок очень мобилен. Биржевая сделка занимает доли секунды, а письмо идет неделю или больше. По большому счету, нашему клиенту нужно заполнить и держать у себя только одну бумагу – договор на обслуживание.
Мы готовы вкладываться в такие очень не дешевые проекты, как создание удостоверяющего центра и бесплатной выдачи ЭЦП для новых клиентов, так как эти действия, в итоге, себя окупают. Без создания УЦ и введения механизма электронно-цифровой подписи гораздо больший объем операций приходилось бы проводить в «бумажном» виде, а это значит, что надо содержать довольно большой штат для обработки документов и отправки корреспонденции. Теперь же нам нужно только наращивать мощность серверов и усовершенствовать программное обеспечение.

Впрочем, если нашему клиенту понадобился отчет о его работе на бирже в бумажном виде, скажем, для предоставления в какой-нибудь орган, он будет изготовлен. С печатью и «живой» подписью руководителя или бухгалтера.
 «Думаю, что нужно время, чтобы люди привыкли к электронной форме документооборота, - говорит Дмитрий Муравьев. - Сегодня для этого нет ни технических, ни юридических сложностей. Экономически это тоже не обременительно для компании – 5000 рублей в год за электронный ключ и программное обеспечение для подписывания документов».
Сегодня у многих россиян складывается мнение, что пора уже львиную долю разных бумажек, всяческих справок, заявлений и отчетов перевести в электронную форму. Удобно же. Им возражают. Мол, посмотрите на бабушку из соседней квартиры. Ну, какой там Интернет? Какие электронные справки?
То же самое и в бизнесе. Еще сохранилось достаточно много организаций, где прекрасно обходятся без всякого Интернета. Иногда из-за того, что нет технической возможности, а порою потому, что просто нет человека, который бы умел работать с компьютером.
Конечно, все это постепенно уходит в прошлое. Но, тем не менее, даже самые продвинутые компании, тесно завязанные с IT-технологиями, без бумажки, помеченной росчерком пера и синим оттиском печати, обойтись не могут.